Чужой запах

На третий день пришёл гадатель — чистить галерею.

Его звали Ясутоки. Он был из тех, кто служит в Ведомстве инь и ян: считает счастливые и несчастливые дни, назначает, в какую сторону ехать нельзя, и выметает из покоев то, чего не видно. Сухой, невысокий, лет сорока, в тёмном платье с широкими рукавами, из которых он то и дело доставал то дощечку с расчётами, то бумажные фигурки, то горсть соли. У него всегда был вид человека, который слышал шутку, не рассказанную другим.

Он обошёл галерею от начала до конца, останавливаясь у каждого столба и что-то бормоча. У комнаты Сайсё постоял дольше, посыпал солью порог под верёвкой с бумажными полосками, сжёг в жаровне у входа три бумажные фигурки и дождался, пока они догорят и скорчатся.

Потом подошёл к шторе Укон — она сидела ближе всех.

— Здесь ваша комната, госпожа? — спросил он. — За стеной?

— Да.

— Сквозит, — сказал Ясутоки с удовольствием. — С северо-востока. Дурная сторона, Ворота демонов, как у нас говорят. Если бы вы спросили меня, я бы вас сюда не поселил. — Он помедлил ровно столько, чтобы стало неловко. — Впрочем, в покоях теперь всё чисто. Раз смерть случилась за воротами. Я почистил на всякий случай — чтобы не спорить с тем, чего не было.

Он сказал это так серьёзно, что Укон на мгновение поверила: он ничего не знает. Потом увидела его глаза.

— Спасибо, — сказала она.

— Не за что. — Ясутоки спрятал руки в рукава. — Если захотите когда-нибудь поменять сторону, где спите, — пришлите за мной. Бывают дни, когда в своей комнате ночевать нельзя. Государыня это понимает лучше других. Я всегда найду такой день, если он нужен.