Флористка его высочества

«На седьмой день принц назначил Лиору флористкой дворца».

Это была первая большая сцена, которую Кира решила взять сама. Не отдавать. Не ломать. Войти в неё, как входят в холодную воду, — сразу, по шею.

Паж пришёл к девяти. Тот же белый с голубым, тот же поднос, только вместо записки — свиток с королевской печатью. Бартл читал его долго, шевеля губами, потом снял шляпу, надел, снова снял и вдруг обнял Киру так, что у неё хрустнула спина.

— Флористка, — сказал он в её волосы. — Дворцовая. Моя. Мать бы…

Он не договорил и ушёл в розарий, к жёлтому кусту у стены. Кира видела в окно, как он стоит там, положив ладонь на ствол.

Нелла прибежала через четверть часа, запыхавшаяся, уже всё знающая — во дворце у неё был знакомый поварёнок, в квартале знакомый водонос, у Вейров — сын кухарки. Нелла теперь собирала людей, как другие собирают ракушки.

— Седьмой, — сказала она с порога. — Ты идёшь?

— Иду.

— Одна?

— Одна. Это моя сцена. — Кира сунула книгу в карман фартука и оглядела себя: льняное платье, зелёный фартук, волосы, которые утром не удалось уложить ни во что приличное. — Если я сегодня не пойду, дворец достанется тебе. Ты же сама сказала — там полы мраморные.

— Поскользнусь, — серьёзно кивнула Нелла. И вдруг поправила ей косичку у виска — быстро, по-сестрински. — Иди. И смотри там. За всеми смотри.